Это самый впечатляющий time-laps сборник цветущих кактусов, который снял любитель цветов и фотограф Грег Крехель (Greg Krehel).

«Эхинопсисы цветут ночью, и цветы держатся всего один день. Пик их красоты длится в течение одного-двух часов... все кактусы в этом видео из моей коллекции... Большинство смонтированных клипов показывают около 8 часов изменений, как цветы распускаются, цветут и отцветают...»

Хиденобу Сузуки (Hidenobu Suzuki) говорит, что его фотографии похожи на японские картины и мы с ним полностью согласны. Жителям Японии свойственно выражать эмоции и душевные чувства через пейзажную фотографию.

Хиденобу Судзуки — современный японский фотограф, чьи работы превращают природные пейзажи в нечто почти живописное и глубоко эмоциональное. Его подход к фотографии выходит за рамки простого изображения природы: он стремится передать настроение, внутреннее состояние и ощущение гармонии с окружающим миром. В этом чувствуется влияние традиционной японской эстетики, где важны не только форма и цвет, но и тишина, пространство и намёк.

Особое место в его творчестве занимает весна. Это время года в Японии символизирует обновление, мимолётность и красоту момента — темы, которые Судзуки раскрывает с удивительной тонкостью. В его фотографиях цветущие сливы и сакуры выглядят не просто как растения, а как почти сказочные миры, наполненные мягким светом и спокойствием. Лёгкая дымка, нежные оттенки розового, белого и голубого создают ощущение сна или воспоминания.

Сам Судзуки нередко сравнивает свои работы с японской живописью. Для него важнее не точная фиксация реальности, а передача ощущения — покоя, созерцания, лёгкой меланхолии. Он считает, что искусство способно «исцелять» и возвращать человеку внутреннее равновесие, и именно это стремится передать через свои весенние пейзажи.

Уникальность его фотографий заключается в балансе между технической точностью и эмоциональной глубиной. Композиция, свет и цвет выверены до мелочей, но итоговый образ выглядит естественным и лёгким. Работы Судзуки словно приглашают замедлиться, остановиться и просто почувствовать момент — так, как это принято в японской культуре созерцания.

В его весенних снимках природа становится не просто объектом, а языком. Через цветение, свет и тишину он рассказывает истории, которые не нужно объяснять — их достаточно просто почувствовать.

Ольга Николаевна Одальчук родилась 25 апреля 1961 года в г. Новокузнецк, Россия. В 1982г. закончила Новосибирское художественное училище, отделение живописи.

В своём творчестве она отдаёт преимущество реалистическому стилю живописи.

Живопись Юйтао Лю — это мир, где краски не спорят с формой, а линия дышит через границу силуэта. Он работает в жанре «цветы и птицы», но воспринимает этот жанр не как декоративный мотив, а как способ вслушаться в форму — в изгиб стебля, в разветвление листвы, в движение крыльев у самой тишины.

В его работах густой минеральный цвет сочетается с прозрачной, промытой тушью — как будто один слой хочет быть плотным, а другой настаивает на разреженности. Фон часто уходит в мягкую текстуру, где камень становится дымом, а вода — запоздалым светом. На этом фоне цветы — алые, охристые, жёлтые — будто всплывают, чуть позже, чем ты их заметил.

Он не подчеркивает центр композиции, не выделяет главный объект: всё держится не на иерархии, а на равновесии. Птица, камень, ветка, лист — одинаково важны, потому что всё это части одного дыхания. Композиция построена так, что глаз медленно скользит от линии к линии, от пятна к пятну, не спеша и не возвращаясь. Здесь нет ритма — только присутствие.

Жанр «цветы и птицы» в его исполнении — это не про натуру, и не про символ. Это живопись о внимательности. О том, как долго можно смотреть на один лист, пока не услышишь, как он дышит.

Shin Jong Sik известен своими уникальными работами с чистыми и прозрачными акварельными тонами. Его натюрморты пронизаны невероятной живостью и эмоциональной глубиной, а фоны картин подчёркивают главный объект композиции. В его картинах часто присутствуют цветы, посуда и фактурная ткань, но интерпретирует он их совершенно по-новому, создавая уникальные визуальные метафоры и сочетания.

Его талант заключается в умении освещать объекты на холсте. Он подчёркивает центральные элементы за счёт оттенков и света, создавая баланс между деликатностью и экспрессивностью. Результат — сияющий, но одновременно мягкий мир акварелей, где цвет и форма очищают восприятие зрителя.

Родился мастер-акварелист в Сеуле, Южная Корея. В настоящее время является профессором отделения живописи одного из Художественных училищ, а также директором Ассоциации искусств Сеула и Ассоциации искусств Чангвона.

Также Shin Jong Sik является автором двух книг. Одна книга является учебником по основам работы с акварелью, а также специальным художественным техникам. С помощью книг читатели могут опробовать в акварели полиэтиленовую пленку, соль, спрей, зубные щетки, клейкую ленту, разные поверхности.

Вторая книга Shin Jong Sik является вдохновляющим сборником его натюрмортов, пейзажей, марин и цветочных акварелей.

Для Дэвиса цветок — это не просто ботанический объект, а сцена, на которой танцует свет. В его работах природа оживает — не только в форме, но и в настроении, словно каждый лепесток рассказывает свою историю, освещённую игрой света.

Дэвис родился в штате Калифорния (США) еще в 1946 году в семье музыкантов. К 20 годам художник окончил Fine Art at Pierce College и с тех пор на протяжении более сорока лет рисует живую природу, но последние 10 лет полностью сосредоточился на цветах.

Большую часть жизни Дэвис провёл в Сан-Фернандо-Вэлли. После службы в армии он обучался искусству, но бросил учёбу, чтобы полностью посвятить себя живописи, особенно цветам, как ему хотелось запечатлеть их «скрытую красоту» .

Под влиянием мастеров Золотого века Нидерландов, а также стилями ар-нуво и ар-деко, Брайан Дэвис стремился передать не только форму, но и атмосферу. Он говорил: «Цветок — это сцена, а свет — танцор». Искусствоведы называют его «мастером иллюзии»: многочисленные слои масла, внимание к свету и текстуре создают ощущение, что ты почти ощущаешь аромат розы или шёлк лепестков.

Для Дэвиса цветок — это не просто ботанический объект, а сцена, на которой танцует свет. Он снимает растения в естественной среде, затем пишет композицию, используя серию снимков как этюды, а создавая картину — играет цветом, меняя оттенки, форму листьев, добавляя динамику. Его техника — «value painting» — начинается с самых тёмных тонов, потом поверх них наносится светлая палитра, создавая удивительную глубину, текстуру и светящуюся прозрачность.

Его работы находятся в коллекциях Лос-Анджелесского музея, Ботанического сада Нью-Йорка, Галереи Хантингтона и многих частных коллекциях, включая дома известных музыкантов и актёров. Он также проводит мастер-классы, на которых делится секретами владения светом и тенью, помогая другим художникам и студентам достигать такого же ощущения глубины в цветах.

В его работах природа оживает — не только в форме, но и в настроении, словно каждый лепесток рассказывает свою историю, освещённую игрой света.

С каким цветом ассоциируется у вас май? А с какими цветами? Май - это не только яркий салатовый оттенок молодой травы, солнечно-жёлтый цвет одуванчиков, белизна пушистых соцветий и душистых ландышей, а также сиреневая нежность цветущих кустов. Такая палитра не могла не затронуть души поэтов. Приглашаем вас посмотреть на май и его краски через призму их строк.

Одуванчик

В бесконечности стремленья бесконечность достиженья,
Тот, кто любит утро Мая, должен вечно ждать Весны.
В каждом миге быстролетном светоносность есть внушенья,
Из песчинок создаются золотые сны.

Миг за мигом в Небе вьются звездовидные снежинки,
С ветром падают на Землю, и лежат как белый слой.
Но снежинки сон лелеют, то — цветочные пушинки,
Нежный свежий одуванчик с влажною Весной.

Константин Бальмонт

Сирень

Запевающий сон, зацветающий цвет,
Исчезающий день, погасающий свет.

Открывая окно, увидал я сирень.
Это было весной — в улетающий день.
Раздышались цветы — и на темный карниз
Передвинулись тени ликующих риз.

Задыхалась тоска, занималась душа,
Распахнул я окно, трепеща и дрожа.
И не помню — откуда дохнула в лицо,
Запевая, сгорая, взошла на крыльцо.

Александр Блок

Как празднично сад расцветила сирень
Лилового, белого цвета.
Сегодня особый — сиреневый — день,
Начало цветущего лета.
За несколько дней разоделись кусты,
Недавно раскрывшие листья,
В большие и пышные гроздья-цветы,
В густые и влажные кисти.
И мы вспоминаем, с какой простотой,
С какою надеждой и страстью
Искали меж звёздочек в грозди густой
Пятилепестковое «счастье».
С тех пор столько раз перед нами цвели
Кусты этой щедрой сирени.
И если мы счастья ещё не нашли,
То, может быть, только от лени.

Самуил Маршак

Прояснилось небо, потеплело.
Отгремел последний ледоход.
Юный месяц май в цветенье белом
По земле оттаявшей идет.
Зеленеют первые пригорки,
Первый гром грохочет, как салют.
И концерты первые на зорьке
Соловьи несмелые дают…

Юлия Друнина

Синий май. Заревая теплынь.
Не прозвякнет кольцо у калитки.
Липким запахом веет полынь.
Спит черемуха в белой накидке.

В деревянные крылья окна
Вместе с рамами в тонкие шторы
Вяжет взбалмошная луна
На полу кружевные узоры.

Наша горница хоть и мала,
Но чиста. Я с собой на досуге…
В этот вечер вся жизнь мне мила,
Как приятная память о друге.

Сад полышет, как пенный пожар,
И луна, напрягая все силы,
Хочет так, чтобы каждый дрожал
От щемящего слова «милый».

Только я в эту цветь, в эту гладь,
Под тальянку веселого мая,
Ничего не могу пожелать,
Все, как есть, без конца принимая.

Принимаю — приди и явись,
Все явись, в чем есть боль и отрада…
Мир тебе, отшумевшая жизнь.
Мир тебе, голубая прохлада.

Сергей Есенин

Тюльпаны и звёзды

Теплеют ночи… воздух пряный.
Трещат в камине угольки.
С очаровательных тюльпанов
Всё опадают лепестки.
На подоконник в полудрёме
Они летят, летят, летят,
Как будто в нашем дачном доме
Весны цветочный звездопад.

Юлия Старостина

Ландыши

С утра жара. Но отведи
Кусты, и грузный полдень разом
Всей массой хряснет позади,
Обламываясь под алмазом.
Он рухнет в ребрах и лучах,
В разгранке зайчиков дрожащих,
Как наземь с потного плеча
Опущенный стекольный ящик.
Укрывшись ночью навесной,
Здесь белизна сурьмится углем.
Непревзойденной новизной
Весна здесь сказочна, как Углич.
Жары нещадная резня
Сюда не сунется с опушки.
И вот ты входишь в березняк,
Вы всматриваетесь друг в дружку.
Но ты уже предупрежден.
Вас кто-то наблюдает снизу:
Сырой овраг сухим дождем
Росистых ландышей унизан.
Он отделился и привстал,
Кистями капелек повисши,
На палец, на два от листа,
На полтора — от корневища.
Шурша неслышно, как парча,
Льнут лайкою его початки,
Весь сумрак рощи сообща
Их разбирает на перчатки.

1927 г.
Борис Пастернак

Чернеет лес, теплом разбуженный,
Весенней сыростью объят.
А уж на ниточках жемчужины
От ветра каждого дрожат.

Бутонов круглые бубенчики
Еще закрыты и плотны,
По солнце раскрывает венчики
У колокольчиков весны.

Природой бережно спеленутый,
Завернутый в зеленый лист,
Растет цветок в глуши нетронутой,
Прохладен, хрупок и душист.

Томится лес весною раннею,
И всю счастливую тоску
И все свое благоухание
Он отдал горькому цветку.

Самуил Маршак